 |
|
 |
|
Истоки "Лака для волос" восходят к 1988-му году, когда Джон Уотерс и студия "Нью Лайн Синема" выпустили оригинальный фильм "Лак для волос". Как и на предыдущих картинах, таких, как "Розовые фламинго" и "Полиэстр", сценаристом, режиссером и продюсером "Лака для волос" был Уотерс, и вскоре фильм стал культовой комедией. В том фильме сыграла дебютантка Рики Лэйк, исполнившая роль Трейси Тернблад, а также небезызвестный трансвестит Дивайн (он же Глен Милстед) - снявшийся в роли ее любящей мамочки Эдны и уже прославленный актер Джерри Стиллер, перевоплотившийся в Уилбура, отца Трейси. Это был фильм, идею которого мог раскрыть (и подобрать такой актерский состав) только Уотерс в своем непревзойденном стиле.
"Сценарий я написал, лежа на кровати в своей ветхой квартирке в Балтиморе, - говорит Уотерс. - Я многое пережил из тех событий, которые описал, живя в Балтиморе в начале 60-х. Мне нравилось смотреть местное танцевальное телешоу, которое называлось "Бадди Дин шоу", и я даже сам однажды попал в него. Я, как и многие другие белые дети, слушал музыку, исполняемую чернокожими. У нас было три "черных" радиостанции". "Джон действительно застал тот период, когда эти две культуры начали свой путь к объединению в Балтиморе, - отмечает Джерри Стиллер, который в новой версии фильма исполняет роль мистера Пинки, владельца магазина одежды "Качественная одежда для крупных девчонок".
"Результатом всего этого стало создание фильма, на который был способен только такой экстраординарный человек со столь необычным взглядом на жизнь, как Джон, - утверждает Стиллер, чьи дети Эми и Бен убедили его сыграть роль Уилбура Тернблада в фильме 1988-го года. - У него нет запретов, когда дело касается чувства юмора, и в этом заключается его талант как режиссера. Возможно, его видение жизни Балтимора 1962-го года можно назвать несколько необычным, но просто невозможно отрицать тот факт, что оно невероятно смешно".
Уотерс объясняет, что в его фильме движение за объединение показано глазами белого человека (в частности, глазами Трейси Тернблад). "Мне кажется, что тот фильм нашел отклик в душе каждого человека, потому что он был действительно смешным, указывал на социальные недостатки, но при этом не был нравоучительным. Но самым большим отличием, без сомнений, было то, что на настоящем шоу "Бадди Дин" никогда не было полной девушки. Именно так и возник образ Трейси. Для меня толстушка Трейси, можно сказать, олицетворяла собой любого аутсайдера, а ее желание танцевать на "Корни Коллинс шоу" - мечту каждого человека, столкнувшегося с дискриминацией в любом ее проявлении".
Теперь, в 2007-м году, создана уже третья версия истории, написанной Джоном Уотерсом. Этот фильм не назовешь ни ремейком картины 1988-го года, ни мюзиклом, поставленным в 2002-м году, - этот фильм можно назвать "воссозданием" на основе известного бродвейского шоу. Обдумывая кандидатуру режиссера, "Нью Лайн Синема" и продюсеры сделали идеальный выбор, обратившись к Адаму Шенкману. "Лак для волос" также вернул Шенкмана к своим корням - развлекательному бизнесу. "Моя мечта точно сбылась, у меня такое чувство, что я вернулся домой, - говорит Шенкман, который первую половину своей карьеры был известен как успешный танцор и хореограф. Затем он стал режиссером таких фильмов, как "Свадебный переполох", "Спеши любить", "В пух и прах", "Лысый нянька: Спецзадание" и "Оптом дешевле-2", мировые кассовые сборы которых составили более 600 миллионов долларов.
"Мы с Крейгом Заданом давно знаем Адама, и на наших глазах он превратился в талантливого режиссера, - говорит продюсер фильма Нил Мерон. - Когда мы впервые предложили ему стать режиссером этой картины, он отреагировал на это очень эмоционально. Он сказал нам, что понимает, что делать с этим фильмом даже лучше, чем это когда-либо было в его профессиональной карьере. Для него история Трейси Т?рнблад и ее искреннего стремления добиться успеха отчасти напоминает ему его собственную жизнь, его желание и решительность упорно работать и достичь определенных высот. Обладая необходимыми навыками для постановки танцев разных стилей, музыкальных пьес и съемок фильмов, а также совершенно неповторимым отношением к материалу, с которым он работает, Адам бесспорно стал движущей силой этого фильма".
"Фильмы, которые мне посчастливилось снимать последние несколько лет, не брали в расчет мои танцевальные навыки прошлых лет, - отмечает Шенкман. - Работа же над фильмом "Лак для волос" вернула меня в старые добрые времена, к тому, что я и должен был делать всегда... и что мне очень нравилось. Здесь я познакомился, наверное, с самыми талантливыми людьми, которых мне доводилось встречать за всю свою жизнь. Меня восхищал не только разноплановый и при этом удивительно талантливый актерский состав, но и смелость всех этих людей, решившихся взяться за такой необычный проект".
Со своей стороны, исполнительный продюсер Марк Шейман преклоняется перед Джоном Уотерсом за то, что тот оставил нам образец оригинального фильма. "То, к чему мы пришли сегодня, полностью основывается на классической истории Джона Уотерса девятнадцатилетней давности, - подчеркивает Шейман. - Главной мыслью того фильма является идея воплощения своей заветной мечты".
В новой версии фильма "Лак для волос" не обошлось без, как минимум, двух традиций, характерных для этой франшизы: роль Трейси Тернблад всегда исполняла неизвестная актриса, а роль Эдны Тернблад, матери Трейси, всегда играл актер-мужчина. Сначала это были Рики Лэйк и Дивайн, потом - Марисса Винокур и Харви Фирстейн и вот теперь - Никки Блонски в роли Трейси и Джон Траволта в роли Эдны.
"Ну, иди же к мамочке", - это были первые слова, которые сказал Джон Траволта, встретив с распростертыми объятьями Никки Блонски, исполнительницу главной роли, когда впервые увидел ее в августе 2006-го года. С тех пор, как съемочная группа увидела двух актеров рядом, их не покидала уверенность, что этот актерский дуэт станет чем-то особенным.
"Между ними сразу возникло взаимопонимание, - вспоминает продюсер Нил Мерон. - Первая встреча определила все их дальнейшие взаимоотношения. Это было немного странно, потому что казалось, что встреча этих двоих была предначертана самой судьбой. Мы все отступили на пару шагов назад, понимая, что только что стали свидетелями того, что может вылиться в один из самых грандиозных тандемов "дочки-матери".
"День, когда я познакомилась с Джоном Траволтой, навсегда останется в моей памяти, - говорит Блонски, в то время выпускница школы, подрабатывающая в магазине мороженого на Лонг-Айленде, до того, как получить главную роль в фильме и возможность играть вместе с самыми известными в истории кинозвездами. - Когда мы обнялись, мне показалось, что я обнимаю свою собственную маму. Рядом с ним я чувствовала себя так хорошо, такой защищенной и любимой... ведь именно так и должен чувствовать себя ребенок рядом с мамой".
"Безусловно, это было рождение новой звезды, - говорит Траволта об актерской игре Блонски. - И, по-моему, мне никогда не придется пожалеть о сказанном. Как только ты видишь, как Никки играет, то сразу понимаешь, что есть в ней что-то особенное, какая-то харизматичность, талант, - она чем-то похожа на Барбру Стрейзанд и Бетт Мидлер. В ней, как и в упомянутых мною двух величайших актрисах, есть изюминка".
Экранная магия между Траволтой и Блонски вспыхнула мгновенно, чего никак нельзя было сказать о процессе подбора актеров на роль Эдны и Трейси Тернблад. По правде говоря, у продюсеров Задана и Мерона ушло более года на то, чтобы убедить Траволту сыграть в этом фильме.
"Джон - лучший в жанре мюзикла среди актеров своего поколения, но он долго не давал окончательного согласия, потому что его беспокоило то, что он собирается вернуться к жанру, который и сделал его звездой, - говорит Мерон. - Он неустанно повторял Крейгу и мне, что готов рискнуть сняться в мюзикле, только если этот проект будет необычным. Мы же, в свою очередь, не уставали повторять ему, что Джон Траволта, изображающий Эдну Т?рнблад, - это можно назвать как угодно, но только не чем-то обычным".
Уже не первый раз Мерон и Задан предлагали Траволте сняться в мюзикле. В свое время они искренне надеялись, что он примет их предложение исполнить роль Билли Флинна в музыкальном фильме "Чикаго", но он отказался, и роль досталась Ричарду Гиру.
"Честно говоря, "Чикаго" стал первым музыкальным фильмом, который заставил меня задуматься о возвращении к музыкальному жанру, и сейчас я жалею, что отказался от той роли, - говорит Траволта. - Поэтому Крейг и Нил сказали, что на этот раз мне не уйти. Они подробно расписали, как собираются работать над фильмом, и перечислили причины, по которым я должен был согласиться на эту роль. Какое-то время мне, однако, было тяжело смириться с тем, что на протяжении 30 лет я всегда играл главные роли, а теперь должен был довольствоваться ролью полной дамы из Балтимора. Но после многих-многих месяцев раздумий им все-таки удалось уговорить меня тряхнуть стариной, теперь уже перевоплотившись в Эдну".
Превращаться в Эдну Траволте помогал специалист по гриму Тони Гарднер и его талантливая команда гримеров и специалистов по созданию накладных частей тела. На самом деле, по 4-5 часов каждого рабочего дня уходило на то, чтобы загримировать Траволту: его помещали в цельный толстый костюм (который весил порядка 13,5 кг), потом приклеивали пять наполненных гелем силиконовых накладных частей тела (подбородок и нижнюю губу, верхнюю губу, две щеки и шею вместе с ложбинкой для бюста). В целом для перевоплощения были изготовлены три целиковых туловища (а также правая и левая силиконовая половина туловища, каждая весом 34 кг), 11 пар ног, 9 пар рук и более 40 наборов лицевых "принадлежностей".
Когда дело касалось ежедневного процесса нанесения грима, то Траволта по отношению к Эдне испытывал очень противоречивые чувства - от жгучей любви до лютой ненависти.
"Могу с уверенностью сказать, что быть Эдной было очень весело, но становиться Эдной - отнюдь не смешно, - говорит Траволта. - Мне нравилась реакция людей на съемочной площадке, когда они видели меня в обличии Эдны, но сам процесс перевоплощения, включающий приклеивание накладных частей тела и облачение в безразмерный женский костюм, был просто ужасен. Мне было очень неуютно и жутко жарко. Как будто на меня нацепили семь слоев неудобной одежды, и я хорошо помню, как подумал, что если такое чувствуют все женщины, то я ни за что не хотел бы оказаться на их месте".
"Тем не менее, когда я впервые увидел себя в образе Эдны, то сначала был немного шокирован, но потом мне даже понравилось, - продолжает актер. - Она появилась из ниоткуда, и меня очень забавляло прогуливаться по съемочной площадке, слушая, как люди здороваются со мной, как с Эдной... они почему-то напрочь забывали, что настоящий "я" был где-то внутри, в недрах этой огромной женщины. Вместо того, чтобы играть давно приевшуюся всем роль мужика в женском обличье гигантских размеров, я решил прикольнуться и создать образ эдакой рабочей-крестьянки, "синего воротничка" из Балтимора".
Хотя задача, поставленная перед продюсерами, пытавшимися уговорить Траволту согласиться на роль Эдны, иначе как сложной назвать было нельзя, она все же не уступала по трудности стараниям Адама Шенкмана найти подходящую девушку на роль Трейси. "На роль Трейси мне хотелось найти неизвестную актрису, и Нил с Крейгом, а также студия поддержали меня в этом на сто процентов, - рассказывает Шенкман. - Это было необходимой составляющей как самого фильма, так и этой роли, потому что у актрисы, исполняющей роль Трейси, не должно было быть за плечами груза прошлых ролей. И мне хотелось найти на эту роль не просто неизвестную девочку, но я настаивал еще и на том, чтобы она была такого же возраста, что и героиня фильма. Это было мое видение роли, которое не подвергалось сомнению. Зрителям лишь нужно будет увидеть эту круглолицую девочку-подростка в первый раз, чтобы незамедлительно влюбиться в нее".
"Однако, - добавляет Шенкман, - у Трейси должна была быть очень необычная внешность. Мы понимали, если нам удастся найти милую семнадцатилетнюю, немного полноватую девушку, которая сможет петь, танцевать, играть и достойно держаться рядом с такими известными актерами, как Джон Траволта, Куин Латифа, Кристофер Уокен и Мишель Пфайффер, это будет просто подарком небес. И нам это удалось!" "Никки - настоящая машина, - весело говорит Шенкман. - Она все впитывала как губка. Ей просто неведома усталость, и я, как режиссер, тратил на нее минимум времени. Не обладая танцевальным опытом, закончив лишь музыкальную школу, Никки с головой окунулась в работу. Просто ума не приложу, как ей удавалось так быстро выучивать сложные танцы, почти профессионально перемещаться в заданном ракурсе. По правде говоря, она была так хороша, что всем остальным танцорам и актерам приходилось работать в поте лица, чтобы поспевать за ней".
Представляя актрис, способных перевоплотиться в любящую музыку мамочку Мотормауф Мэйбелль и вечно плетущую интриги Велму фон Тассл, создатели фильма были единодушны в своем мнении предложить эти роли Куин Латифе и Мишель Пфайффер соответственно. Обе актрисы - настоящие звезды, удивительно красивые женщины и благодаря нескольким пышным парикам - "натуральные" блондинки. "Превращение в блондинку открыло совершенно новые грани моей личности, - говорит Куин Латифа, исполнившая роль Мотормауф Мэйбелль. - Я никогда не догадывалась о существовании в себе таких качеств. Конечно, я и раньше осветляла волосы, но еще никогда они не были такого платинового оттенка: это было круто: с таким цветом волос я чувствовала себя просто супер-женщиной. Я чувствовала себя сильной".
"Велма - бескомпромиссная женщина, - отмечает режиссер и хореограф фильма Адам Шенкман, говоря о героине Мишель Пфайффер. - Для нее, бывшей королевы красоты, главное в жизни - победить, причем любой ценой. Именно такими принципами она руководствуется, работая на телевидении, так живет сама и воспитывает свою дочь Амбер. Удивительно, насколько эта женщина прекрасна снаружи, но при этом так уродлива внутри".
"По-моему, сказать, что она стерва - все равно, что не сказать ничего, - смеется Мишель Пфайффер. - Мне поначалу было очень тяжело играть эту женщину. Я просто не понимала, как подступиться к такому озлобленному персонажу. Во многих эпизодах мне хотелось понять ее, посочувствовать ей, но порой это было просто невозможно сделать. Поэтому мне остается только благодарить Адама. С ним очень легко работать, но при этом он всегда давал мне понять, что контролирует ситуацию, а в голове держит общую картину того, что хочет получить в результате. Он был очень внимателен ко мне на репетициях, всегда интересовался, насколько комфортно я чувствую себя во время съемок, но всякий раз, когда я начинала "переигрывать" или же сомневаться в причинах поведения своей героини, Адам просто говорил мне: "Дорогая! Это же водевиль!" Это мгновенно приводило меня в чувство, и я вновь становилась настоящей Велмой".
|
|
|
|
